Еженедельный Бюллетень ЕПК

2009


РАКУРС

КАЧЕСТВЕННАЯ ЖУРНАЛИСТИКА: ВАКЦИНА ОТ САМОУНИЧТОЖЕНИЯ

НЕДАВНЯЯ волна невероятных слухов о причинах технической паузы в вещании армянских телеканалов лишний раз подчеркнула, в сколь глубоком кризисе оказалась информационная сфера нашей страны. А если вспомнить более раннюю панику вокруг предполагаемого разрушительного землетрясения, набирающую мощь лавину очернительских публикаций о наших известных соотечественниках, наконец, так и не получившую адекватной оценки беспрецедентную вакханалию в СМИ после трагедии 1 марта прошлого года, положение дел представится весьма тревожным. Какие же шаги предлагаются в качестве реакции на эти вызовы?

НЕВИДАННАЯ доселе активность наблюдается в сфере медийного законодательства Армении. То и дело появляются идеи, законопроекты, авторы которых устраивают шумные пиар-кампании, выражая глубокую озабоченность уровнем свободы, достоверности, нравственности отечественной журналистики и предлагая загнать эту профессию в разного рода рамки. Причем если существовавшая в предшествовавшие годы законодательная повестка была сформирована международными обязательствами страны, то нынешние инициативы имеют сугубо местное происхождение.

Армянские СМИ на самом деле переживают не лучшие времена в плане следования писаным и неписаным этическим нормам. Но главная причина этого вовсе не в злостном уклонении самих журналистов от профессиональных стандартов. До жизни такой мы дошли прежде всего в результате целенаправленной политики, которая, наряду с тяжелым наследием советских времен и объективными экономическими трудностями, вела к ограничению самостоятельности прессы как сферы предпринимательской деятельности и одновременно как важнейшего института гражданского общества. Репрессии в отношении непокорных, люмпенизация СМИ сопровождали их развитие весь постсоветский период и почти не оставили им иного выбора, кроме как становиться придатком власти, политических, олигархических кланов или уходить в развлекательный бизнес.

И сегодня люди, годами равнодушно взиравшие (и продолжающие взирать), как шаг за шагом в сознании наших коллег выжигаются иллюзии о свободе слова, принципах редакционной независимости и социальной ответственности, решили взяться за перевоспитание представителей прессы. Оказывается, с навязываемыми СМИ информационным террором против политических оппонентов, сведением счетов и криминальными разборками между сильными мира сего можно бороться финансовыми санкциями и описанием в законе прав и обязанностей журналистов!

Неужели не понятно: ужесточение ответственности перед законом рядовых подрядчиков-исполнителей не остановит тех, кто манипулирует прессой исключительно в целях разноцветного пиара. А сохранится спрос, не будет недостатка и в информационных киллерах-камикадзе, которые пренебрегут риском предстать перед судом за проплаченные клевету, оскорбление, слив компромата. Традиционное для нашей судебно-правовой системы избирательное применение законодательства только очистит поле от смелых, ориентирующихся не на заказ, а на собственную профессиональную совесть журналистов, возможно, укоротит языки оппозиционным изданиям. И без того скромная роль наших СМИ в общественно-политических процессах вследствие подобных реформ будет вообще сведена к минимуму. Но более нравственными, уважающими права граждан СМИ, разумеется, не станут. Скорее, наоборот.

СКАЗАННОЕ вовсе не означает, что автор этих строк ратует за правовую безнаказанность журналистов. Каждый гражданин должен иметь право защитить свои честь и достоинство от недобросовестного поведения СМИ. И действующее законодательство РА предлагает для этого определенные механизмы. Другое дело, что пострадавшие от диффамации редко пользуются ими в силу недоверия к судам. Это утверждение, конечно, не относится к представителям высшей знати – достаточно обратиться к свежей судебной практике, в частности, к иску Левона Кочаряна (сына второго президента страны) против газеты “Айкакан жаманак”, чтобы убедиться: они-то умеют эффективно реализовывать свои претензии к прессе.

Тревога по поводу нынешней законотворческой лихорадки не означает также, что в законах ничего не надо менять. Процесс совершенствования нашего медийного законодательства должен быть последовательным и постоянным. Но происходить это должно по-настоящему во имя улучшения, а не имитации или, того хуже, движения вспять, как в случае с предлагаемыми поправками в Закон РА “О массовой информации”. Несколько месяцев назад их инициатор депутат Национального Собрания Армении Виктор Даллакян пригласил журналистов на обсуждение своего законопроекта. Выслушав критику, он пообещал отказаться от этой инициативы, но спустя короткое время запустил ее в обращение в слегка измененной версии.

Этим сюрпризы от законодателей не исчерпываются. Одновременно с полным игнорированием многочисленных предложений журналистских организаций профильная парламентская комиссия с небывалым рвением взялась поддерживать, мягко говоря, странный законопроект Института информации и права о поправках в Гражданский кодекс, предусматривающих усиление наказания журналистов за ущерб чести и достоинству граждан. И если инициатива Виктора Даллакяна относительно безобидна, поскольку не может иметь практического применения, и нежелательна, в основном, с концептуальной точки зрения, то предлагаемые изменения в Гражданский кодекс представляют реальную угрозу свободе прессы. Вопреки довольно критической реакции на этот законопроект, он с рекордной скоростью добрался до стола экспертов Венецианской Комиссии, и только их крайне негативное мнение, как видно, охладило пыл новоявленных радетелей “ответственной журналистики”.

Активное лоббирование сомнительных инициатив происходит на фоне равнодушия их авторов к тупику, в котором оказалось сегодня вещательное законодательство, к полной неразберихе в правовом регулировании рекламы. На сочинение, чтение с серьезным видом, доработку, перевод на английский некачественных законопроектов уходит значительная часть рабочего времени наших государственных мужей и немало государственных средств. Уже не говоря о том, во что обходится констатация страсбургскими экспертами заведомо известного факта – эти инициативы не соответствуют базовым международным нормам. А ведь всего этого можно было избежать восстановлением освоенного в конце 90-х – начале 2000-х, но впоследствии отвергнутого опыта широкого обсуждения законодательных концепций, законопроектов. Учет различных мнений и подходов позволил бы отсечь наиболее неприемлемые идеи и направлять на экспертизу международным организациям документы, отвечающие хотя бы минимальным требованиям качества.

То, что происходит в последнее время, наталкивает на мысль, что разностороннее обсуждение, апробация законотворческих инициатив рассматриваются авторами как лишнее препятствие для проталкивания законодательного брака. Когда в сентябре прошлого года надо было любой ценой предотвратить проведение очередных конкурсов по лицензированию вещания, в считанные дни, без каких-либо обсуждений и экспертиз была принята поправка в Закон РА “О телевидении и радио”. Абсурдность обоснования этой поправки поражает воображение до сих пор.

В случае с изменениями в том же законе, принятыми парламентом в конце апреля 2009, был применен иной метод: многолетнее изматывание партнеров по Совету Европы и поддержание контактов с ними в атмосфере максимальной конфиденциальности. В результате, обходя принятие решений, лежащих на поверхности, продвигая вместо них замысловатые, не работающие в реальности механизмы, армянские законодатели, ответственные за этот “процесс”, окончательно утомили экспертов СЕ и выбили из них относительно позитивное заключение.

Те же методы могут быть применены и в случае двух законопроектов, ставших поводом для этих заметок. Участие в упомянутых имитационных процессах некоторых неправительственных организаций, помимо подозрений в ангажированности последних, рождает предположения о финансовой поддержке (или ее ожиданиях) этих законотворческих инициатив со стороны международных донорских организаций, многие из которых, похоже, давно и безнадежно запутались в том, “что такое хорошо и что такое плохо” для армянских СМИ.

ВСЕ эти легкомысленные, конъюнктурные игры с законодательством происходят в то время, как армянские СМИ оказались перед реальной угрозой заражения опасными вирусами. Один из них – уничтожение всех нравственных табу, идеалов, ценностей, авторитетов – распространяется наиболее быстрыми темпами. Об этом говорят почти все и довольно часто, но предлагаемые вакцины (запретить, ограничить, наказать!) вряд ли спасут от эпидемии. Надуманные слухи, перемалывание косточек, злословие в адрес тех, кто так или иначе наступил тебе на мозоль – свойства, присущие человеческой природе, они проявляются на всех уровнях человеческой коммуникации, в том числе в СМИ. И всем известно, во что перерождались и чем заканчивались попытки насильственно улучшить эту природу, избавить ее от подобных “слабостей”.

Не стать заложником низких сплетен обществу помогает умение отличать достоверное от будоражащего. Базарные слухи вызывают гораздо более сильный приток адреналина, чем статья в научной энциклопедии. Но когда человек нуждается в знании, от которого многое зависит в его жизни, он, скорее всего, предпочтет скучный, но правдивый источник. “Желтая” пресса, папарацци процветают во всех странах с развитыми СМИ. Ими возмущаются, их порицают, но никому в голову не приходит их истребить. Существование наряду с низкопробной журналистикой качественных, ответственных, пользующихся высокой степенью редакционной независимости СМИ предохраняет граждан этих стран от невежества, зомбирования, потери ценностных ориентаций. Именно здесь, а не в наличии “желтой” прессы наша проблема.

Напряжем память и попытаемся загнуть пальцы по числу газет, теле- и радиоканалов, являющихся реальной альтернативой тем, что без разбора обливают грязью всех и вся, с предельной тенденциозностью интерпретируют происходящее. Думается, даже при самом благожелательном отношении к нашей медийной среде одной руки для этого упражнения окажется вполне достаточно. До недавнего времени мы успокаивали себя тем, что недостаток объективности отчасти компенсируется у нас плюрализмом печатных СМИ и что люди, регулярно следящие за несколькими разноплановыми изданиями, имеют возможность составить для себя более-менее сбалансированную картину событий и явлений. К сожалению, сегодня оптимизма для подобных утверждений становится все меньше. Усиливающаяся политическая, имущественная, социальная поляризация общества обусловливает уже не просто разные взгляды на одни и те же факты, но почти полное пренебрежение фактами во имя заранее выставленных оценок и категоричной манифестации позиций.

В этой борьбе на моральное уничтожение оппонента (а по сути самоуничтожение) победителей быть не может, жертвой становится духовное, интеллектуальное здоровье общества, а спасением – формирование необходимой критической массы СМИ, предлагающих своей аудитории качественную информацию как противовес стереотипам, ярлыкам, приспособленным к узким, далеким от общественных интересам. При этом важно, чтобы эти СМИ не уходили от злободневных тем, реагировали на все процессы и события, волнующие людей. Иначе они обречены оказаться в тени агрессивной журналистики, для которой пальба по избранной (или указанной) мишени является главным смыслом и способом существования. Именно альтернатива, а не наивные или, еще хуже, вполне осознанные призывы искоренить недобросовестную прессу, способна остановить эпидемию.

Претворение планов некоторых конструкторов общественных отношений, надеющихся использовать возмущение журналистской “вседозволенностью” для применения (под аплодисменты публики) тех или иных форм цензуры, репрессий – худший из возможных сценариев. Дальнейшая реформа медиа-законодательства должна быть направлена не на борьбу с “желтой”, а на усиление качественной, профессиональной журналистики.

СИТУАЦИЯ, в которой оказалась наша информационная сфера, близка к чрезвычайной. А в таких случаях без заинтересованного участия властных структур не обойтись. Тем более у нас, где наиболее влиятельный канал информации – телевидение – находится почти под полным контролем этих структур. И когда для достижения сиюминутных целей мощный ресурс телевидения используется так, как в марте 2008, трудно избежать падения медийных нравов, имеющего место сегодня и вызывающего столь широкую озабоченность. Почему бы не извлечь из этого урок и не предложить обществу такой профессиональный стандарт, который переведет дискуссии по важнейшим проблемам в цивилизованное русло? Может, стоит рискнуть и отказаться, хотя бы на одном-двух ведущих телеканалах, от тематических и персональных ограничений, создать подлинно свободную трибуну, лишающую почвы любителей кидать камни и тухлые яйца из-за угла и из-за баррикад? Ведь риск окончательно потерять СМИ как проводника национальных ценностей и идеалов куда более опасен для ответственной власти, нежели отказ от монопольного контроля над эфиром.

Ко всем политическим силам – провластным и оппозиционным, к представителям бизнес-кругов, хоть немного думающим об общественной пользе, хочется обратиться с призывом: воздержитесь от заказов на персональную дискредитацию оппонентов и конкурентов и, если уж обладаете влиянием на СМИ, используйте его для отстаивания принципиальных интересов и позиций, не переходя на личности. Подобный мораторий просто необходим, чтобы притормозить стремительное скатывание нашей прессы на дно.

С каждым новым витком преодоления нравственных табу ослабевает иммунитет и снижается порог брезгливости журналистского сообщества. В 2002 большинство армянских СМИ, независимо от политических пристрастий, подвергло обструкции газету “Ор” за то, что последняя преступила общепринятые этические нормы. В наши дни похожие публикации воспринимаются уже гораздо спокойнее, обходится без демонстрации коллективного возмущения. И чем больше все мы запаздываем с действенными мерами, тем с более сложной ситуацией придется иметь дело в дальнейшем.

Разумеется, усилия по созданию конкурентоспособных альтернатив “желтой” прессы, мораторий на заказные материалы не избавят сферу массовой коммуникации от любителей распространять и потреблять сплетни, псевдокомпромат, неуместные подробности частной жизни известных людей. Не стоит пытаться стерилизовать человечество, отказывать ему в праздном любопытстве, прочих “вредных” привычках и информационных потребностях. Но пусть эти потребности удовлетворяются без участия и поощрения со стороны властных кругов, политических партий и других институтов, призванных формировать просвещенное, нравственно здоровое общество.

ДИСТАНЦИРОВАНИЕ, противопоставление СМИ, стремящихся снабжать аудиторию качественной, достоверной информацией, тем, для которых сенсация, скандал являются самоцелью, – это условие развития современного цивилизованного медийного рынка. С конца XIX века в качестве наиболее эффективного метода подобной дифференциации утвердилось саморегулирование СМИ. Ответственная журналистика сформулировала этические кодексы и другие механизмы добровольной подотчетности обществу, тогда как “желтая” пресса, как правило, предпочитает не сковывать себя моральными обязательствами. В Армении система саморегулирования начала формироваться более двух лет назад, однако до сих пор значительная часть ведущих изданий и вещательных компаний, претендующих на титул “качественных”, к этому процессу не подключается. Как тут не сделать вывод, что стоящие за ними представители бизнес- и политической элиты – как из провластного, так и оппозиционного лагерей – предпочитают держать руки развязанными и не созрели для осознания, к каким последствиям для СМИ (и общества в целом) ведет пренебрежение профессиональными стандартами.

…И как не усомниться, что законодательные инициативы, направленные, якобы, на повышение ответственности журналистов, на самом деле призваны оздоровить нашу информационную сферу? Какие еще неприятные метаморфозы должна пережить отечественная журналистика, чтобы от словесных выражений озабоченности и имитации активности, мы перешли к компетентным решениям и конкретным делам?

Борис НАВАСАРДЯН