Еженедельный Бюллетень ЕПК

2014


ДИГИТАЛИЗАЦИЯ ИДЕТ, ПРОБЛЕМЫ ОСТАЮТСЯ

ДИГИТАЛИЗАЦИЯ ИДЕТ, ПРОБЛЕМЫ ОСТАЮТСЯ

 

Правительство Армении обнародовало график мероприятий по переходу с аналогового вещания на цифровое. Цифровое вещание будет внедрено в Армении в течение первого полугодия 2015 (в первом квартале – в тестовом режиме).

 

По решению правительства, отключение действующей аналоговой системы телерадиовещания и демонтаж оборудования предполагается завершить до конца 2015.

 

Отметим также, что, согласно принятым в июне 2013 поправкам в вещательное законодательство, полное прекращение аналогового вещания в Армении предусмотрено на 1 июля 2015 (подробности см. в Еженедельном бюллетене ЕПК от 14-20 июня 2013). Вопреки ожиданиям, в процессе дигитализации, во всяком случае на обозримой его стадии, в Армении резко сократится число телеканалов, прежде всего региональных. Это, в свою очередь, обостряет проблему дефицита разнообразия, плюрализма в армянском телеэфире, а также монополизации вещательной сферы. Между тем, правительство так и не обнародовало результаты аудита вещательных частот, который был использован в качестве технического обоснования для сокращения числа лицензий на цифровое вещание. Иными словами, все чаще звучат опасения, что дигитализация будет способствовать усилению политического контроля властей над традиционным вещанием.

 

С просьбой прокомментировать ситуацию мы обратилась к президенту Ереванского пресс-клуба Борису НАВАСАРДЯНУ.

 

По его мнению, график работ в значительной степени конкретизирует ход всего процесса перехода на цифровое вещание, однако по-прежнему остаются серьезные проблемы. Речь, прежде всего, идет о стандартах, которые будут предложены и вещателям, и потребителям информационной продукции. В частности, до сих пор непонятно, каким образом будет формироваться социальный пакет. То есть неясно, по какому принципу будут предоставляться приставки, помогающие принимать цифровой сигнал на старые телеприемники. Это, естественно, вызывает вопросы, связанные с обеспечением права социально уязвимых слоев населения на получение информации.

 

Другая, не менее существенная проблема: очень затруднительно сегодня определиться с техническим перевооружением самих телекомпаний. Что, подчеркнул Борис Навасардян, в свою очередь тормозит реализацию планов вещателей, связанных с расходами, инвестиционной политикой и прочими важными компонентами бизнес-деятельности.

 

Со значительным опозданием, только в декабре 2013, была выбрана компания, которая будет осуществлять технический процесс оцифровки. Ею оказалась Эрикссон. Фактически компания приступает к работе всего лишь за полтора-два года до полного завершения перехода на цифровое вещание. Это очень маленький срок, отметил Борис Навасардян.

 

 

АНОНИМНОСТЬ – ОДИН ИЗ ПРИНЦИПОВ СВОБОДЫ СЛОВА В ИНТЕРНЕТЕ

 

4 марта Национальное Собрании Армении ввело в обращение законопроект о дополнениях в Гражданский кодекс РА, которые, в частности, устанавливают ответственность СМИ за распространение публикаций и комментариев, взятых с фейковых аккаунтов (речь идет об анонимных либо скрывающихся под подложными именами пользователях).

 

Авторы законопроекта объясняют подобную необходимость тем, что в последнее время участились случаи распространения фейками информации, содержащей клевету и оскорбление, что, в свою очередь, нарушает права человека, в том числе на личную жизнь, закрепленные как в Конституции РА, так и в ряде международных конвенций. Некоторые СМИ воспроизводят и распространяют информацию диффамационного характера, полученную от фальшивых пользователей, тем самым, придавая ей еще большую публичность. В результате подобная информация становится известна даже тем, кто не зарегистрирован в социальных сетях.

 

К каким последствиям может привести инициатива армянских законодателей? На этот вопрос отвечает известный блогер и медиа-эксперт Самвел МАРТИРОСЯН.

 

– Думаю, проблема в том, что этим законопроектом делается попытка объяснить все, что происходит в Интернете, какими-то специфическими методами. Вынося происходящее в Интернете в отдельную область, мы попадаем в довольно скользкую ситуацию. Так, законопроект, разъясняя, что такое средство массовой информации, добавляет, что под это определение может подпасть все, что угодно. И профиль в Фейсбуке, и блог, и твиттер-аккаунт, и так далее. Иными словами, все распространители информации автоматически приравниваются к СМИ, и к этим сообществам могут применяться судебные санкции. То есть и в отношении активных Интернет-пользователей суд может вынести определенное наказание.

 

– Получается, что пользователь, открывший свою страничку в Интернете и помещающий на ней, скажем, кошечек или семейные фотографии, также может считаться средством массовой информации?

 

– Да, примерно так и получается. По крайней мере, это вытекает из самого определения в законопроекте. Получается, что если кто-то написал гадость о чиновнике или политике, а я пошерил эту информацию в своем профиле в Фейсбуке, то я автоматически подпадаю под судебное преследование. Почему? Законодатели вводят понятие “неизвестный пользователь”, и уж если он неизвестен, то виноват тот, кто информацию этого пользователя распространяет. Вопрос в том, какое толкование депутаты дают неизвестному пользователю: под эту дефиницию подпадают практически все пользователи Интернета. Явно чувствуется: те, кто писал этот законопроект, из всех социальных сетей знают только Фейсбук. Да, последний уникален, поскольку при регистрации в нем требуется вносить достоверные, а не вымышленные персональные данные. Ни в одной другой социальной сети подобных требований нет. Тогда как, скажем, блогерские площадки дают возможность с одного электронного адреса (E-мейл аккаунта) открывать десятки блогов. При этом авторство можно скрывать. Есть логичные объяснения, почему зачастую человек хочет оставаться анонимом, не желает раскрывать свои персональные данные. Это может быть связано с множеством аспектов социально-политической жизни. Не зря ведь Совет Европы еще 11 лет назад, касаясь свободы слова в Интернете, вывел принцип анонимности в отдельный пункт: анонимность является одним из принципов свободы слова в Интернете. Именно анонимное общение дает возможность людям обходить репрессивные законы в той или иной стране.

 

– Но с другой стороны, именно анонимность нередко приводит к тому, что в социальных сетях открыто пропагандируется, к примеру, расовая или национальная нетерпимость, люди используют ненормативную лексику. Как быть с этим?

 

– Любая социальная площадка, любая социальная сеть дает возможность пожаловаться администрации на такие нарушения. Очень часто откровенные расистские призывы попросту удаляются. Естественно, администрация социальных сетей не в состоянии читать все. Но при этом она заявляет, что готова удалять мусор в случае, когда поступает жалоба. Если нарушения будут повторяться, аккаунты могут быть удалены. Проблема в том, что этот законопроект, к сожалению, основывается, как мне кажется, на нескольких очень конкретных случаях. То есть вроде бы речь идет о решении некоего общего вопроса, но есть ощущение, что просто несколько депутатов обиделись на какие-то высказывания в сетях или на сайтах. Между тем вопрос лежит в совершенно иной плоскости: сегодня в Армении появилось много непрофессиональных новостных сайтов, позволяющих себе, к примеру, просто перепечатывать статусы с Фейсбука – без каких-либо комментариев, какого-либо анализа. Некто написал статус, а журналист его перепечатал. Уверен, в подобных случаях речь вообще не может идти о журналистской деятельности.

 

Но ведь это совершенно иная проблема. А тут депутаты смешали какие-то личные обиды на СМИ и предпринимают попытку регулировать Интернет, что, на мой взгляд, рискует привести к крайне негативным последствия. Когда в законе есть плохо сформулированные понятия, которые можно как угодно переформулировать, суды получают возможность использовать этот закон как репрессивный. И это становится оружием не только против СМИ, но и против всех активных Интернет-пользователей, блогеров, в первую очередь.

 

– На каком сейчас этапе обсуждение законопроекта?

 

– Он был запущен в оборот в средствах массовой информации пару дней назад. К счастью, шум в медиа-сообществе поднялся довольно большой, и авторы законопроекта сейчас говорят о своей открытости и готовности к публичным обсуждениям.

 

– Какой процент населения Армении пользуется Интернетом, имеет возможность получать информацию посредством Сети?

 

– Есть несколько исследований на эту тему. Есть официальные данные и данные независимых исследований. Они несколько разнятся. Но разброс примерно такой: от 53% до 66% населения. Это довольно внушительные цифры, и Армения находится в числе первых стран СНГ по проникновению в Интернет.

 

– Печатная пресса уступает позиции новым медиа. Как скоро, на твой взгляд, следует ожидать ее окончательной кончины в Армении?

 

– Говоря о печатной прессе, наверно, следует выделить журналы, которые имеют возможность продолжать выпуск, поскольку им легче выстраивать новые финансовые модели. Но когда мы говорим о газетах, то в Армении налицо факт их постепенного схода со сцены. При этом сами газеты не исчезают, происходит их миграция в Сеть. Более того, возникают новые широкоформатные СМИ: сегодня газеты даже телетрансляции ведут в Сети. Бумага же, как носитель информации, обходится слишком дорого, и естественно, что газеты постепенно выйдут из обихода. Как понятие газета никуда не денется, просто ее нужно будет искать в Сети.

 

 

СЛУЖЕБНОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ ПРЕКРАЩЕНО

 

Прекращено служебное расследование инцидента, связанного с воспрепятствованием представителями правоохранительных органов деятельности корреспондента газеты “Чоррорд ишханутюн” Ани Геворгян и оператора iLur.am Саргиса Геворгяна.

 

Как сообщила Ани Геворгян, внутреннее расследование в Полиции РА было прекращено в связи с возбуждением Особой следственной службой Армении уголовного дела по ч. 2 ст. 164 (“Воспрепятствование профессиональной деятельности журналиста, совершенное должностным лицом с использованием служебного положения”) и ч. 2 ст. 309 (“Превышение должностных полномочий, сопряженное с применением насилия”) УК РА.

 

Напомним, что 12 февраля Ани Геворгян и Саргис Геворгян, освещавшие публичную акцию Армянского Национального конгресса в центре Еревана, были задержаны и доставлены в отделение полиции, где их продержали около четырех часов. У журналистов отобрали видеокамеры и подвергли грубому обращению. В частности, начальник Отдела полиции Кентрон Еревана дал пощечину Ани Геворгян. Журналистка обратилась в Особую следственную службу с сообщением о преступлении. В заявлении отмечалось три эпизода: попытка полицейского силой отобрать у Ани Геворгян видеокамеру во время публичной акции; изъятие карты памяти из ее видеокамеры в Отделе полиции Кентрон Еревана и насилие, примененное к журналистке начальником Отдела полиции Кентрон. Уголовное дело было возбуждено 25 февраля (см. Еженедельный бюллетень ЕПК от 25 февраля – 3 марта 2014).

 

 

ТЕПЕРЬ ЗАБОЛЕЛ СЛЕДОВАТЕЛЬ

 

3 марта в суде общей юрисдикции административных округов Кентрон и Норк-Мараш Еревана должны были начаться слушания по жалобе координатора информационно-аналитического агентства ARMENIA Today Аргишти Кивиряна, опротестовавшего решение Особой следственной службы РА не возбуждать уголовное дело против полицейских, избивших журналиста во время гражданской акции протеста 24 августа 2013 против строительства жилого дома в Ереване.

 

По словам журналиста, в полицейской машине, доставившей его в отделение полиции, он был избит стражами правопорядка, а затем со ссадинами и кровоподтеками на лице переправлен на машине “Скорой помощи” в больницу. Особая следственная служба, куда были переданы все связанные с инцидентом материалы, сочла недоказанным, что полицейские совершили насильственные действия в отношении журналиста, и квалифицировала соответствующее заявление Аргишти Кивиряна как ложный донос (позже это обвинение с журналиста было снято – без всякого объяснения). По версии следствия, телесные повреждения Кивиряну нанесли не полицейские, а он сам. Между тем уголовное дело было возбуждено против самого Аргишти Кивиряна – на основании заявления полицейского, утверждающего, что журналист ударил его. Напомним, что в настоящий момент идет судебный процесс по уголовному делу против координатора ARMENIA Today, который обвиняется в применении насилия в отношении представителя власти (см. Еженедельный бюллетень ЕПК от 25 февраля – 3 марта 2014).

 

На заседании 3 марта должны были быть заслушаны показания следователя Особой следственной службы, проводившего расследование данного инцидента. Однако следователь на суд не пришел из-за плохого самочувствия (слушания перенесены на 19 марта).

 

По мнению адвоката Аргишти Кивиряна Лусинэ Саакян, “в данном случае мы имеем дело с преднамеренным затягиванием рассмотрения вопроса”. Адвокат считает, что представленных суду протестующей стороной материалов достаточно для вынесения решения, и ничего нового показания следователя к ним добавить не смогут. По оценке же самого Кивиряна, полиция не может определиться, как себя вести, и пытается разработать новую стратегию: именно поэтому то “пострадавший” полицейский болеет, то теперь вот занемог следователь Особой следственной службы (цитируется по публикации ARMENIA Today от 3 марта 2014).

 

 

ГОСДЕП О СВОБОДЕ СЛОВА И СМИ В АРМЕНИИ

 

Государственный Департамент США обнародовал доклад о соблюдении прав человека в различных странах мира в 2013, подготовленный Бюро по вопросам демократии, прав человека и труда.

 

В разделе доклада по Армении, посвященном свободе слова и прессы, отмечается, что “эти права не всегда защищались властями”: “Были многочисленные случаи насилия в отношении журналистов, в основном связанные с президентскими выборами 18 февраля 2013, муниципальными выборами 5 мая 2013 и гражданскими протестами на протяжении всего года.”

 

В качестве примера нарушения права на свободу слова авторы доклада привели увольнение обозревателя телеканала “Шант” Армена Дуляна, лишившегося работы из-за размещенного в его Facebook-профиле поста, содержание которого было воспринято руководством “Шант” как оскорбительное. По мнению многих журналистов, подчеркивается в докладе, это увольнение стало доказательством подконтрольности телеканала “Шант” властям и его нетерпимости к свободе слова и мнения.

 

По мнению Госдепа, за исключением четырехнедельной официальной избирательной кампании по выборам президента РА в феврале и выборам в Совет старейшин Еревана в мае 2013, когда освещение вещательных СМИ отличалось плюралистичностью и объективностью, большинству традиционных медиа по-прежнему не достает разнообразия политических мнений и объективного освещения.

 

В докладе Государственного Департамента США за 2013 вновь, как и в 2012, напоминается о том, что власти Армении так и не обнародовали результаты аудита теле- и радиочастот, который был использован в качестве технического обоснования для сокращения числа лицензий при переходе с аналогового вещания на цифровое, запланированном на 2015. 19 июня Национальное Собрание Армении приняло поправки в Закон РА “О телевидении и радио”, на полгода отсрочившие прекращение аналогового вещания (ранее – 1 января 2015).

 

Онлайн медиа являются основным источником альтернативной информации и, в отличие от вещательных, озвучивают различные политические позиции, подчеркнул Госдеп, отметив также, что власти, в целом, не ограничивают контент онлайн СМИ.

 

Госдеп привел также ряд инцидентов с журналистами, освещавшими президентские выборы 18 февраля, муниципальные выборы 5 мая и гражданские протесты на протяжении всего 2013 года: в частности, нападение 23 апреля на корреспондента iLur.am Акопа Карапетяна, освещавшего предвыборное агитационное мероприятие, и воспрепятствование со стороны полиции работе журналистов, освещавших 18 мая акцию протеста родственников солдата, погибшего в одной из воинских частей.

 

По мнению авторов доклада, СМИ, в частности вещательные, опасаются преследований за критику в адрес властей – судебных исков, угрозы потерять лицензию на вещание, выборочных налоговых проверок, риска лишиться рекламодателей, когда последние узнают, что СМИ попало в немилость: “Страх перед наказанием приводит СМИ к высокому уровню самоцензуры.”

 

В докладе также говорится о постановлении Конституционного суда РА от 15 ноября 2011, рекомендовавшего судам избегать назначения несоразмерно высоких штрафов в диффамационных делах, что привело к снижению размеров материальной компенсации за клевету и оскорбление, вменяемой СМИ.